Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:41 

|Семён Лившин| Флибустьерская-лирическая

Пардон, сеньоры и сеньориты!
Визит простите внезапный наш
И очень строго не судите,
Не то сорвется весь абордаж!

Да, мы пираты, чему не рады:
Нам стыдно людям глядеть в глаза,
И мы не знаем, куда стреляем —
Мешает целиться слеза.

Мы три недели уже не ели
Ни манной каши, ни холодца.
Мы похудели без карамели...
Милорд, где ключик ваш от ларца?

Excuse me, дамы, что мы не бриты,
Но на бритье пиастров нет.
Кто сколько может нам помогите!
Мадам, позвольте ваш снять браслет.

Мой милый боцман, рубите мачты!
Уже срубили? Спасибо, сэр!
А Вас, миледи, молю — не плачьте,
Ведь это детям — дурной пример.

Да, кстати, дети... Их лучше за борт:
Малюткам рано глядеть на бой,
А если плохо умеют плавать,
Пусть гувернантку возьмут с собой.

Теперь помолимся мы скромно
За упокой души гостей.
Команде на ночь по ложке брома,
Почистить зубы и — марш в постель!

Нет, мы не рады, что мы пираты:
Всю жизнь краснеем за черный флаг!
Семья и школа, вы виноваты,
Что нас толкнули на этот шаг!

Ст. С.Лившин, муз. С.Бальцер

@темы: [XX], [Авторская песня], [Лившин С.]

23:37 

|В.С.Высоцкий| Баллада о времени

Замок временем срыт и укутан, укрыт
В нежный плед из зеленых побегов,
Но... развяжет язык молчаливый гранит —
И холодное прошлое заговорит
О походах, боях и победах.

Время подвиги эти не стерло:
Оторвать от него верхний пласт
Или взять его крепче за горло —
И оно свои тайны отдаст.

Упадут сто замков и спадут сто оков,
И сойдут сто потов целой груды веков, —
И польются легенды из сотен стихов
Про турниры, осады, про вольных стрелков.

...

Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки — из прошлого тащим, —
Потому, что добро остается добром —
В прошлом, будущем и настоящем!

В.С.Высоцкий, 1975

@темы: [Высоцкий В.С.], [XX], [1975]

22:42 

|Евгений Сусоров| Блюз Анвара-эфенди

В кафе на площади Этуаль
Над входом красное колесо,
В кафе на площади Этуаль
На перекрестке дорог
Ты молча цедишь свое дюрсо,
Через соломинку как ни жаль
Я не могу наполнить бокал
И в том виновен пророк.

В ушах ликует хмельной шансон,
В карманах черного сюртука
Диплом Сорбонны и десять су,
А также холод дружка по имени Смит&Вессон,
Свинцом целующего дружка.
Ты вправду хочешь постигнуть смысл строки «Ашхаду Аллах»?
Это просто, как дважды два,
Шах и мат, и вопль отчаянья, пэри.
Это просто слова,
А больше не проси — я под обетом молчания.

Я лишь на миг раз заступил за грань,
И небеса карают меня.
Аллах был прав, когда запретил жене открывать лицо.
Я — ловчий, ты — послушная лань,
Так было до вчерашнего дня
Я опускаю глаза, когда ты цедишь свое дюрсо.
И я упал на самое дно
Твоих кошачьих, влажных зрачков
И был разорван кольями, как...
Как же я складно вру.

Парижский воздух разбил окно,
Я не успел забиться в альков,
Я проиграл еще до того,
Как начал эту игру.
Так пусть останется на века
Эта повесть без окончания, пэри.
Это просто слова,
А больше не проси — я под обетом молчания.

Секрет шахады не столь свиреп,
Сколь бесконечен познанья срок
Мы растаемся, мадмуазель, на этой зыбкой черте.
Аллах — мой пастырь, война — мой хлеб,
Мой командир — Муххамед-пророк,
Зачем так тяжко вздохнула грудь под кружевным декольте?

Я только миг на часах твоих,
Я гильза, выборшенная вон из барабана,
Я только дождь, летящий под ноги с крыш,
Я слишком молод, а мир велик,
Забудь мой голос и телефон.
Аз есмь никто, бесплотная тень...
Приятный город Париж.

Твои губы слегка горчат,
Словно свежие чайные листья,
А мои сомкнула печать
Жестокого как мир обета молчания.

URL записи

@темы: [XXI], [Music], [Сусоров Е.Б.]

22:41 

|Ксения Серова|

Это просто книга, мой друг, это просто чужие слова
И не больно, а так, почему-то немного неловко.
Там в исплаканном небе – мельницы рукава
И дорога взовьется вверх, тонкая, как веревка.
И не думать о том, что будет и будет ли «что»
Если только вперед и вперед на облезлом своем Россенанте
Не в сверкающих латах – в осеннем дырявом пальто,
Не печальтесь, мой друг, не печальтесь.
Не знайте
Что прекрасная дама не так уж прекрасна, увы,
Что Ваш рыцарский замок снесут по указу Генплана.
Это книга, мой друг, а у книги законы свои –
Вера, дружба и честь, и, конечно, прекрасная дама.
Неразборчивый шепот страниц, неразборчивый почерк судьбы.
Только Санчо, мой друг, всегда с Вами, всегда беспечальный.
Отдохните, мой рыцарь, ведь Вам еще долго идти
А куда и зачем – для безумцев и рыцарей - тайна.
Все еще впереди, так погрейтесь пока у огня,
Здесь и хлеб, и вино, только что-то насущнее хлеба,
Вас ведет по страницам вперед.
Впереди – пустота…
Мельница рукава тянет и тянет к небу…

URL записи

@темы: [XXI], [Серова К.]

22:40 

|Олег Ладыженский| Мы...

Мы, поэты, редко святы,
Часто биты мы, поэты –
Если возлюбил себя ты,
Ближний станет мстить за это.
Мы, поэты, эгоисты,
Не аскеты, а заветы –
Если упованья мглисты,
То медлительны рассветы.
Мы, поэты, злы и хмуры,
Неприветливы и грубы,
Если снайперы – амуры,
То стрела не в сердце – в губы.
И с последним поцелуем
Удалимся в небо с крыши…
Если будет алиллуйя,
То ее мы не услышим.
Урони слезинку злую,
Или выметнись вприсядку,
Все приятней алиллуйи –
Сдачи с прожитой десятки.
Ах, десятка, центр мишени,
Изодрать тебя, заразу!
Мы желаем подешевле,
Это значит – хлоп, и сразу.
Под мотив из «Травиатты»
Ляжем в облака, как в склепы…
Мы, поэты, редко святы,
Мы поэты, часто слепы
.

URL записи

@темы: [XXI], [Ладыженский О.]

22:39 

|Александр Башлачев| На жизнь поэтов...

Поэты живут. И должны оставаться живыми.
Пусть верит перу жизнь, как истина в черновике.
Поэты в миру оставляют великое имя,
затем, что у всех на уме – у них на языке.
Но им все трудней быть иконой в размере оклада.
Там, где, судя по паспортам – все по местам.
Дай Бог им пройти семь кругов беспокойного лада,
По чистым листам, где до времени – все по устам.

Поэт умывает слова, возводя их в приметы
подняв свои полные ведра внимательных глаз.
Несчастная жизнь! Она до смерти любит поэта.
И за семерых отмеряет. И режет. Эх, раз, еще раз!
Как вольно им петь. И дышать полной грудью на ладан...
Святая вода на пустом киселе неживой.
Не плачьте, когда семь кругов беспокойного лада
Пойдут по воде над прекрасной шальной головой.

Пусть не ко двору эти ангелы чернорабочие.
Прорвется к перу то, что долго рубить и рубить топорам.
Поэты в миру после строк ставят знак кровоточия.
К ним Бог на порог. Но они верно имут свой срам.
Поэты идут до конца. И не смейте кричать им – Не надо!
Ведь Бог... Он не врет, разбивая свои зеркала.
И вновь семь кругов беспокойного, звонкого лада
глядят Ему в рот, разбегаясь калибром ствола.

Шатаясь от слез и от счастья смеясь под сурдинку,
свой вечный допрос они снова выводят к кольцу.
В быту тяжелы. Но однако легки на поминках.
Вот тогда и поймем, что цветы им, конечно, к лицу.
Не верьте концу. Но не ждите иного расклада.
А что там было в пути? Метры, рубли...
Неважно, когда семь кругов беспокойного лада
позволят идти, наконец, не касаясь земли.

Ну вот, ты – поэт... Еле-еле душа в черном теле.
Ты принял обет сделать выбор, ломая печать.
Мы можем забыть всех, что пели не так, как умели.
Но тех, кто молчал, давайте не будем прощать.
Не жалко распять, для того, чтоб вернуться к Пилату.
Поэта не взять все одно ни тюрьмой, ни сумой.
Короткую жизнь. Семь кругов беспокойного лада
Поэты идут.
И уходят от нас на восьмой.

URL записи

@темы: [Башлачев А.Н.], [XX]

22:37 

|Лина Воробьева| Весна III

До свиданья, весна! Необъявленный призрак холодной войны?
Безразличный фанатик эпохи, последний бессменный солдат.
И луна за окном, переменчивый ветер, и листья, и сны -
Все один к одному, как в пасьянсе том самом, и вновь невпопад.
Впрочем, что до весны, если изморозь тронет окно серебром,
Перемирья не будет - мы просто отложим войну на потом.
Перемирья не будет - мы просто отложим войну на потом.

Зимний сон, бесконечная сонная поступь остывших светил,
Менуэт, заставляющий тише и медленней биться сердца
До свиданья, весна, до свиданья, пока еще час не пробил
Остается Грааль, символ веры, и терн из Христова венца.
Тамплиеры запаса, извечные рыцари, лирики встреч -
Меч из камня достанет лишь тот, кто осмелится взяться за меч.

Я прощаюсь с тобой. Не забудь о случайностях судеб и дней
Не забудь, что все реки вернутся однажды к своим берегам.
До свиданья, весна - но не вечна зима, что-то будет за ней,
Пусть весенние травы и песни теперь укрывают снега.
Я прощаюсь, но знаю, что встреча нам будет назначена вновь.
До свиданья, весна, и да здравствует
Вера, Надежда, Любовь!

URL записи

@темы: [XXI], [Воробьева Л.]

22:36 

|Владимир Леви| * * *

...И этот дождь закончится, как жизнь...
И наших душ истоптанная местность
с провалами изломов и кривизн
вернется в первозданную безвестность.

Там, в темноте, Предвечная Река
к своим пределам тени предков гонит,
и мечутся, как звери, облака
под взмахами невидимых ладоней,
и дождь, слепой, неумолимый дождь,
питая переполненную сушу,
пророчеством становится, как дрожь
художника, рождающего душу.

...И наши голоса уносит ночь...
Крик памяти сливается с пространством,
с молчанием, со всем, что превозмочь
нельзя ни мятежом, ни постоянством...
Не отнимая руки ото лба,
забудешься в оцепененье смутном,
и сквозь ладони протечет судьба,
как этот дождь,
закончившийся утром.

URL записи

@темы: [XXI], [Леви В.]

22:33 

|Геннадий Акимов| * * *

Над Стокгольмом туман, полудождь-полулёд.
Из кондитерской грузная дама бредёт -
ни кудряшек, ни талии тонкой.
У неё строгий взгляд, аппетит, варикоз,
ей никто не подарит букетика роз...
Фрекен Бок, вы ведь были девчонкой!

Вы играли здесь в салочки на щелбаны,
хулиганов гоняли - вы были сильны! -
и взлетали, визжа, на качелях.
Вас любил добродушный соседский щенок
и трепал за сползающий длинный чулок...
Ну зачем же вы так постарели?

Осень мерно стучит ледяным молотком,
убегает в далёкую даль молоко,
протекают пустынные крыши,
нависает туман непросохшим бельём.
Привидения стаей летят за окном,
а моторчик не слышен... Не слышен.

URL записи

@темы: [XXI], [Акимов Г.]

22:32 

|Евгения Изварина| * * *

по этим страшным временам
по этим Божьим стременам
сполоснутым осенней кровью

кто угадает кто поймёт
что лучше обухом об лёд
чем плетью к тёплому зимовью

URL записи

@темы: [XXI], [Изварина Е.]

22:31 

|Евгений Сусоров| Ultima Thule

Капитан Очевидность по ночам наблюдает комету Галлея
Свесив за борт обе ноги, ловя ступнями волну.
Чтоб ему не мешали, он ставит в Миранде статус «Болею»
Но когда кончается ром, заменяет на статус «Тону»

Капитану известно — сумасшествие вроде блуждающей пули:
Поблуждает и выйдет, как выходят инфанты в свет,
Как выходят стаи китов на призрак Ультима Туле.
Им, китам, невдомёк, что Ультима Туле нет.

Капитан Очевидность покорил все моря от веста до норда,
Выпуская довольных чаек из клети пляшущих рук.
Капитан Очевидность по просоленной палубе шествует гордо,
Сам себе рулевой и штурман, и кок, и трюмный пасюк.

Сам себе гимнопевец, сам себе гвоздь в поломанном стуле,
Он шалеет от сказок, словно крупье от звона монет.
Он ступал на берег любой земли, кроме Ультима Туле,
Потому что уверен: Ультима Туле нет.

Капитан Очевидность в кабаке пропивает последние песо
На которых Тупак Амару курит крепкий пейот.
Он кричит, что паэлья дрянь, ибо что за паэлья без перца?
Он банкует, и делает ставки, и по кругу сдаёт.

Он возвышенно врёт, что рассёк Босфор на гигантской акуле,
Он пивал с пришельцами, что упали с дальних планет.
Но когда при нём поминают некстати Ультима Туле,
Он звереет: «Бросьте, Ультима Туле нет».

Капитан Очевидность потерял пол-лица в отчаянной рубке,
Но деталей не помнит — кому здесь детали нужны вообще?
Он отходит ко сну во чреве промозглой радиорубки,
Он отходит ко сну — сжимая пальцы на латунном ключе.

Он проснётся, когда взорвётся в эфире «Save our souls»
И спасёт их всех, от команды до безбилетной шпаны.
Спросит порт приписки и сплюнет: «Имейте, сволочи, совесть!
Что за Ультима Туле? Не знаю такой страны».

Он внимает рассказам, зависая в себе, как вирусный Виндос.
Он встаёт и выходит на воздух дрожащею буквой «зю»,
Чтобы встать капитанским берцем на всю свою очевидность
И сломать ей кадык, утерев скупую мужскую слезу.

И застрять в печали, застрять свинцом в перекошенном дуле,
И засохнуть к утру, словно дерево без листвы и корней.
Ибо тот не жилец, кто хоть раз увидел Ультима Туле.
Ибо тот не моряк, кто не грезил в ночи о ней.

URL записи

@темы: [XXI], [Music], [Сусоров Е.Б.]

22:26 

|Ольга Родионова| Одиссей

а я бреду − мешок на голове −
среди шагов, затерянных в траве,
иду к тебе, соломенной вдове,
прости меня, мол.

кто невменяем, тот меня поймет.
какой там лук, какой там смертный пот,
она меня нигде давно не ждет,
давно сменяла.

я для нее − никто, чужая тварь,
ей мой апрель − давно уже январь,
а мой маршрут наскучил, как букварь,
ей все известно.

она меня увидит в новостях
и свой стакан уронит при гостях,
и скажет, типа, − пляски на костях, −
моя невеста.

я к ней приду уже без головы,
баран-бараном, в кружеве травы,
не узнаешь? она молчит, увы, −
ревут соседки.

вели хоть лук мой, что ли, со стены
убрать!.. куда там! призраки бледны,
а речи их невнятны и темны.
вот так-то, детки.

@темы: [Одиссея-для-Одиссея], [XXI], [Родионова О.]

02:29 

|Юстинас Марцинкявичюс| "Осенняя трава, сестра седая..."

Осенняя трава, сестра седая!
Там, за листвой, неясно виден дом -
воспоминаньями его ласкаю.
Дверь приоткройте, чтобы ночь вошла.

Осенняя земля, сестра седая!
Лежит вода, укрыв следы ягненка,
и ты мне ничего не говоришь,
когда я пить хочу и к ним склоняюсь.

Осенняя звезда, сестра седая!
Ты помоги мне из всего, что есть,
сложить мое лицо, слова и душу,
чтоб я вернулся тем, каким ушел.

URL записи

@темы: [XX], [Марцинкявичюс Ю.]

02:27 

|Лин Лобарев| "Кто осознает неперелетность птичью..."

Кто осознает неперелетность птичью
И злую силу божественного огня?..
А я вернусь - не знаю, в каком обличьи,
Молясь лишь о том, чтобы ты узнала меня.

А время срывалось ветром в юные лица.
Я так хотел навсегда, а вышло - на час...
И раз за разом я сходил со страницы
То магом без силы, то воином без меча...

Сплетались миры, поднимались волнами рассветы.
Я спутал все игры, мне их теперь не понять.
Легко обгонял пешком верховых и кареты,
Молясь лишь о том, чтобы ты дождалась меня...

И тот, кто вставал впереди, был бел, как бумага,
И было легко идти к тебе напролом.
И я проходил, начиная дорогу с шага,
То кошкой безногой, то птицей с одним крылом.

Но звезды не гасли, пока ты ждала сигнала.
Я мчался под ними, боясь наступленья дня,
Стараясь не думать, что времени слишком мало,
Молясь лишь о том, чтобы ты простила меня.

И было пропето все, до последнего слога,
Я песню, как птицу, из рук серебром вспоил!
И все миры моей бесконечной дороги
Осенней листвою ложатся под ноги твои...

Кто осознает неперелетность птичью
И злую силу божественного огня?..
А я вернусь - не знаю, в каком обличьи,
Молясь лишь о том, чтобы ты узнала меня...

URL записи

@темы: [XXI], [Лобарев Л.]

02:10 

|Владимир Дергунов| Пора...

Пора, собирайтесь, скорее, мы что-то бездарно стареем,
Пора разобраться по реям и рвать якоря.
Уходим сегодня ребята туда, где кричат перекаты,
Покатим, уже за кормой полыхает заря.
Уходим сегодня ребята туда, где шумят перекаты,
Покатим, уже полыхает заря.

Мы время свое не забыли, нам ветры побудку трубили,
Нас женщины в шутку любили, а мы их всерьез.
Оставим все ссоры, заботы, за первым речным поворотом
И вновь ощущенье полета и высохших слез.

Пусть смерть под скалою клокочет, пусть речка — не море у Сочи.
Пусть кто-то понять нас не хочет, все это старо.
Дурак не поймет и не спросит, куда нас потоком уносит.
А за поворотом нас ждет уж другой поворот.

А если случится такое - на гребне окажутся двое,
И жизнь полетит головою меж скал, в никуда.
Я сразу, и думать не надо, за друга, что выплывет рядом,
И руку, и сердце, и душу за друга отдам...

Но вот наше время проходит — гудок и пошел пароходик
А сердце сдаваться не хочет, давай же старик.
Успеть бы, успеть бы прорваться, допеть бы, допеть не сорваться,
Остаться, остаться с друзьями хотя бы на миг.

@темы: [XX], [Авторская песня], [Дергунов В.]

02:07 

|Алексей Иващенко| Мы жжем сердца охотой...

Мы жжем сердца охотой,
Но победы нам горьки,
Когда убьет оленя гордый рыцарь.
Ведь что-то, как Жар-птица,
Ускользает из руки,
И не дает победой насладиться.

Мы жжем умы наукой —
Почему ж плоды трудов
Нам не приносят удовлетворенья?
Ведь что-то, как Жар-птица,
Из руки зажатой вновь,
Исчезнет, промелькнув по лицам тенью.

Мы души жжем любовью,
Мы идем в руке рука.
Амур в почете, мудрецы в загоне!
Но ты найдешь в любви
Лишь только то, что ты искал,
А остальное не сдержать в ладонях...

Мы верим, что сумеем все же это уловить.
Поймать за хвост,
В ладонях стиснуть с хрустом
Ведь вовсе не бесплодны
Все усилия любви...
Так почему ж в ладонях снова пусто?

URL записи

@темы: [XX], [Авторская песня], [Иващенко А.И.]

15:56 

|Андрей Вознесенский| Предсмертная песнь Резанова

Я умираю от простой хворобы
На полдороге,
На полдороге к истине и чуду,
На полдороге, победив почти,
С престолами шутил,а умер от простуды,

Прости,
Мы рано родились, желая невозможного,
Но лучшие из нас срывались с полпути,
Мы-дети полдорог, нам имя-полдорожье,
Прости.

Родилось рано наше поколенье -
Чужда чужбина нам и скучен дом.
Расформированное поколенье,
Мы в одиночку к истине бредем.

Российская империя-тюрьма,
Но за границей та же кутерьма.
Увы, свободы нет ни здесь, ни там.
Куда же плыть? Не знаю, капитан.

Прости, никто из нас дороги не осилил,
Да и была ль она, дорога, впереди?
Прости меня, свобода и Россия,
Не одолел я целого пути.

Прости меня, земля, что я тебя покину.
Не высказать всего... Жар меня мучит, жар...
Не мы повинны в том, что половинны,
Но жаль...

@темы: [XX], [Вознесенский А.А.]

23:44 

|Вера Полозкова| Давай будет так...

Давай будет так: нас просто разъединят,
Вот как при междугородних переговорах –
И я перестану знать, что ты шепчешь над
Ее правым ухом, гладя пушистый ворох
Волос ее; слушать радостных чертенят
Твоих беспокойных мыслей, и каждый шорох
Вокруг тебя узнавать: вот ключи звенят,
Вот пальцы ерошат челку, вот ветер в шторах
Запутался; вот сигнал sms, вот снят
Блок кнопок; скрипит паркет, но шаги легки,
Щелчок зажигалки, выдох – и все, гудки.

И я постою в кабине, пока в виске
Не стихнет пальба с разгромленных эскадрилий.
Счастливая, словно старый полковник Фрилей,
Который и умер – с трубкой в одной руке.

Давай будет так: как будто прошло пять лет,
И мы обратились в чистеньких и дебелых
И стали не столь раскатисты в децибелах,
Но стоим уже по тысяче за билет;
Работаем, как нормальные пацаны,
Стрижем как с куста, башке не даем простою –
И я уже в общем знаю, чего я стою,
Плевать, что никто не даст мне такой цены.
Встречаемся, опрокидываем по три
Чилийского молодого полусухого
И ты говоришь – горжусь тобой, Полозкова!
И – нет, ничего не дергается внутри.

- В тот август еще мы пили у парапета,
И ты в моей куртке - шутим, поем, дымим…
(Ты вряд ли узнал, что стал с этой ночи где-то
Героем моих истерик и пантомим);
Когда-нибудь мы действительно вспомним это –
И не поверится самим.

Давай чтоб вернули мне озорство и прыть,
Забрали бы всю сутулость и мягкотелость
И чтобы меня совсем перестало крыть
И больше писать стихов тебе не хотелось;

Чтоб я не рыдала каждый припев, сипя,
Как крашеная певичка из ресторана.

Как славно, что сидишь сейчас у экрана
И думаешь,
Что читаешь
Не про себя.

URL записи

@темы: [XXI], [Полозкова В.]

23:42 

|Екатерина Перченкова| "Камень лежал посреди дороги..."

Камень лежал посреди дороги, я его поднял; десять шагов – и рука пуста. Звонил домой – а там говорят: прошло сорок лет и тебя не ждут. Шел через мост в непогожий день, оглянулся – а там уже нет моста: смыло рекой, унесло водой, переправы нет, оставайся тут. Видел во сне голубых стрекоз и росу, серебряную с утра. Слушал бы голоса, да оглох от звона полуночных родников. Чуял бы дым – да ходил шальной от запаха летних трав. Рассказал бы все – да остался пустой насквозь и не помню слов.

Глаза зеленей травы, руки жарче солнца, ничего не видел, как будто не был. Говорят, приходили тучи, разверзлись небесные хляби, и было плохо. Ничего не помню – глядел в синеву, падал в траву, оступался в небо. Хотел обнять – не хватало рук; хотел дышать – не хватало вдоха. Видел, как солнце садится в поле, отмечал на карте и шел навстречу; и оно мне ложилось в руки – теплее сердца, верней его… Было прозрачное утро, холодный полдень и теплый вечер…
…Кажется, больше не было ничего.

И пока искали обратный путь, и пока сочиняли дорогу домой, и пока уплывали в седую ночь, и пока не знали, который час, – как опускался туман на травы, как цвели костры у обочины, боже мой; как сквозь меня прорастало лето – до сердца, до самых глаз…

Как я стоял потом на самом большом из семи холмов; думал – и эти холмы изнутри пусты, под ними ходит метро, продают цветы… Как сквозь меня утекало время, как уходило сквозь пальцы лето, как я пришел на вокзал и сказал: пора… Спал в электричке и видел во сне: собрал дождевой воды, дождался заката, зажег огонь и не гасил до утра…

URL записи

@темы: [Перченкова Е.], [XXI]

23:37 

|Екатерина Вдовина | "Над бумагой порхало перо..."

* * *

Над бумагой порхало перо,
раскрывая случайные тайны.
И искрилось в бокалах вино, и пылал разожженный камин.
И играл на рояле Пьеро,
и весь день оставался печальным,
и искал неизбитые рифмы любви Арлекин.

Притаился в углах полумрак,
и задернуты окна морозом.
Был так странно циничен Пьеро, черновик подхватив со стола.
"Ты все вертишь и эдак, и так,
но опять получается проза,
ведь любовь - это, милый мой друг, не твое амплуа!"

Так звенели слова в тишине,
разбегаясь по венам отравой,
заставляя нежданную боль этой ночью встречать, как свою.
Быть собой? Разве только во сне...
Видно создан для чьей-то забавы,
этот кукольный мир, где так сложно сменить колею...

И Пьеро снова пил до утра,
Коломбина смеялась и пела,
и чужое веселье опять превращалось в насмешку и злость.
Арлекин не умел умирать,
а сегодня впервые - хотелось...
...слишком много для куклы тряпичной, чтоб просто сбылось...

URL записи

@темы: [XXI], [Вдовина Е.]

Последний альбом...

главная